Калининский район

Военные врачи первыми приходят на помощь раненым бойцам, выносят их из-под огня, перевязывают, ставят капельницы в полевых условиях прямо во время боя и транспортируют в госпиталь для дальнейшего лечения. Командир одной из таких бригад Егор Александрович Ланц с позывным «Рок-н-ролл» рассказал, как и почему оказался на фронте

– Егор Александрович, почему вы решили принять участие в спецоперации? 
– Образование у меня среднее специальное; работал медбратом в реанимации вместе со своей женой. Когда в конце сентября 2022-го мне пришла повестка – решил, что не имею права бегать. Я прекрасно понимал: хороших медиков всегда мало. Поэтому спокойно пошел в военкомат. Супруга у меня сильная, но приняла это мое решение не сразу: конечно, были слёзы… Родители и друзья – сначала тоже находились в шоке. Потом осознали, что по-иному никак. 
– Куда попали по распределению? 
– В Псковскую 76-ю дивизию ВДВ. Учили нас два месяца. Проходили тактику, фортификацию, но акцент, естественно, был на медицину, то есть правила оказания помощи во время боя. Ну и, конечно, стрельбы. Готовили нас очень грамотно. Все наши инструкторы – с  боевым опытом. После слаживания нас отправили в город Счастье ЛНР. Жили в сосновом лесу в блиндаже. 
– Расскажите про  свои первые ощущения, когда прибыли на передовую. 
– Это было под Кременной в конце декабря 2022-го. Перед нами стояла задача сдержать наступление противника. Не покидало стойкое чувство, что теперь ты – живая мишень. Поначалу это напрягает. 
– Вы спасали раненых, буквально вытаскивали их с того света. Какое чувство вы испытывали, когда возвращали человека к жизни? 
– Удовлетворение от того, что я поборол смерть. Значит, старался не зря. Радовался, когда парни приходили ко мне, сердечно благодарили, что я спас их или облегчил страдания. Нашу эвакуационную группу знали во всем полку. 
– Приходилось лечить украинских пленных? 
– Было дело, причем двоих. Один попался очень тяжело раненный. Но я его все равно вытащил; другого просто перевязал. Ненависти к ним не было, хотя я понимал, что может ктото  из  них накануне убил моего товарища, а может, и не одного... Если он оказался у меня – я обязан исцелить его. Это моя работа. Мы медики, и спасение жизни, чья бы она ни была, для нас на первом месте. 
– Наемники из  каких стран воевали за ВСУ? 
– В эфире часто приходилось слышать немецкую, французскую, испанскую речь. Больше всего было поляков. В бою они более активны по сравнению с украинской теробороной. Они финансово замотивированы и приезжали на фронт как на сафари – пострелять да покуражиться… Но наши ребята быстро сбивали спесь с так называемых солдат удачи. 
– В вашем подразделении служили представители других национальностей? 
– Мой командир – осетин  – очень достойный человек. Водитель наш – из Дагестана. Встречались и буряты, и татары с башкирами, и не было меж нами никаких трений ни на религиозной, ни на межнациональной почве. Все ко всем хорошо относились. Мы братья по оружию. «За ленточкой» шовинизма и ксенофобии нет. 
– А как вас встретило гражданское население? 
– Душевно. Мы им помогали – предоставляли гуманитарку, медикаменты, лечение; они нам – хорошее жилье, ну и продуктами нас снабжали. Так, наше подразделение располагалось в  частном секторе. Там за каждым домом наблюдал человек, если приехать на постой без его ведома, сразу нагрянет военная полиция или комендатура и спросит мол, на каком основании тут квартируетесь? Есть согласие местных – значит все в порядке. 
– Вы получали гуманитарную помощь? 
– Присылали много медикаментов, еды, теплой одежды. Письма школьников – тоже грели нам душу. Даже внедорожник подарили. Это жены мобилизованных собрали деньги и купили нам, на нем и работали. Был еще и уазик инкассаторский. Больше всего гуманитарки приходило с Петербурга и Великого Новгорода. 
– Как преодолевали моменты пикового стресса, когда хотелось все бросить? 
– У меня таких мыслей не  возникало – потому что рядом со мной были мои братья по оружию. Стресс переносится гораздо легче, когда ты знаешь, что твоя спина прикрыта. Кроме того, старались разнообразить свой досуг, попить чай в компании, поиграть в настольный теннис, в шахматы. Иногда нужно выговориться, чтобы отвести душу. Товарищи не дают тебе закиснуть и предаться унынию. Это не просто коллеги, это братья. Мы породнились и стали частью одной семьи. 
– Самому приходилось стоять на краю гибели? 
– Без  этого не  обошлось... Мы получили задание вытащить раненого из-под обстрела. Но наша эвакуационная группа сама попала под огонь артиллерии. Прилетела «кассета», сломала мне челюсть, рукиноги перебила; ребят тоже посекло. Сказать, что было трудно, – ничего не сказать. В моменте – просто невыносимо, разом вспомнил всех своих родных. Однако задание надо выполнять. И уже после госпиталя, когда я пришел за документами, узнал, что меня за тот эпизод наградили орденом Мужества. Также я награждён медалью «За спасение погибавших». 
– Сейчас вы на гражданке. Трудно привыкать к мирной жизни? 
– Война никуда из души не уходит. Поначалу сложно воспринимать хлопки фейерверков, жужжание коптеров. Сейчас уже намного проще. Но до сих пор сны мне снятся военные. 
– Как СВО изменила ваше отношение к себе, к людям, к жизни? 
– Ещё до армии я много читал мемуаров и очерков про самые разные битвы. Но только на передовой понял, что это такое на самом деле. Война меняет людей. До неузнаваемости. Сбивает с каждого налет гордыни и заносчивости. Чем больше испытаний человек проходит, тем сильнее и мудрее он становится.

Егор Александрович Ланц. Позывной: «Рок-н-ролл». Где и когда нёс службу: Луганская Народная Республика, Серебрянское Лесничество, Кременские леса, декабрь 2022 года – июль 2023. Род войск ВС: ВДВ, 234-й десантно-штурмовой полк. Награды: орден Мужества, медаль «За спасение погибавших».