Выборгский район

Первоклассный папа

Загрузить фото 3,2 МБ

Первоклассный папа

Загрузить фото 2,9 МБ

Первоклассный папа: «Это как курс молодого бойца. Вторая армия для мужчины»

Во всем мире принято каждый год отмечать День матери. Однако два года назад в России официально появился День отца. Его отмечают 15 октября. Мы поговорили с Олегом Андреевым, папой, который воспитывает сына с расстройством аутистического спектра, и узнали, через что ему пришлось пройти, чтобы его ребенок попал в первый класс, нашел друзей и получил надежду на счастливое будущее.

- Олег Андреевич, расскажите, с чего началась ваша история?

В полтора года сын заболел ротавирусной инфекцией и нас положили в больницу. Под наблюдением врачей Максим провел около недели, а после выписки мы с супругой заметили некоторые изменения в поведении сына. Его перестали интересовать те вещи, которые занимали раньше. Он много времени проводил один, часто бесконтрольно махал руками, не отзывался на свое имя, даже не реагировал, если мы с ним разговаривали. Приходилось хлопать в ладоши и создавать громкие звуки, чтобы хоть немного привлечь его внимание. Иногда складывалось впечатление, что мы вернулись к уровню развития младенца, которого только забрали из роддома. Педиатр поведению Максима не придал значения, сказав, что такое бывает, списал на последствия тяжелой инфекции. Его слова усыпили мою бдительность, я думал, что сознание ребенка просто перезагружается, как компьютер, и скоро все станет нормально.

- Что стало тревожным звоночком?

Нас насторожило ухудшение речи. Максим не говорил как раньше слов: «папа» или «мама», а произносил нечленораздельные звуки. Когда сыну исполнилось два года, мы забили тревогу. Начали обследоваться. В какие только больницы не ездили, и везде нам ставили разные диагнозы. Одни врачи говорили про задержку развития, другие просили годик подождать, уверяя, что все само образуется. Мы находились в подвешенном состоянии, а каждый поход к врачу заставлял нервничать сильнее. Ребенку было еще тяжелее – он с трудом давал себя осматривать или брать анализы, врачей уже начинал бояться. Особенно тяжело, когда ты никак не можешь помочь своему ребенку.

- Когда вы узнали, что у вашего сына расстройство аутистического спектра?

Ситуация прояснилась только в 2020 году, когда мы обратились к неврологу Детского научно-клинического центра инфекционных болезней ФМБА России Козловой Татьяне. Благодаря ей нас быстро госпитализировали и назначили стационарное обследование в Центре каждые три месяца сроком на две недели. Сначала нам поставили диагноз сенсомоторная алалия, но после еще пары анализов врачи пришли к выводу, что у Максима расстройство аутистического спектра. Окончательный диагноз аутизм нам озвучили только в этом году, когда мы проходили профосмотр перед поступлением в ресурсный класс. 

- Какие были ваши первые мысли и чувства, когда вам сообщили об этом?

Наверное, реакция нетипичная, но я не расстроился. И это было правильно, не впадать в уныние, ведь горем ничего не исправить. Главное – это собраться и подумать, что ты можешь сделать для своего ребенка. Есть те, кто отказываются от детей-инвалидов, а мужчины уходят из семьи, не желая принимать ответственность, но я считаю, что это неправильно. Я могу поставить крест на своей жизни, но не на жизни ребенка. Сейчас я, наоборот, еще больше радуюсь тому, как растет Максимка, познает мир, становится частью социума. Он любит бассейн, конструктор и книжки, дома даже есть своя библиотека. На даче он общается с соседским мальчишкой Мишей, они чудесно ладят друг с другом. На детских площадках он охотно играет в догонялки с ровесниками, хотя раньше сторонился их и проводил время сам с собой. С виду и не скажешь, что мой сын чем-то отличается от других. Обычно мы не обращаем на такие вещи внимание, принимая за обыденность. Но для нас любые успехи сына – это настоящая общая победа.

- Кто из вас, вы или супруга, больше занимаетесь ребенком?

Когда сыну назначили стационарное обследование, то жена предложила мне уволиться, чтобы сопровождать ребенка. На тот момент я работал водителем-экспедитором. Понимая, что заработок жены выше, я согласился. Вместе с Максимом мы проходили обследования, реабилитацию, дополнительные занятия. За то время, что мы провели с сыном в больнице, я стал лучше его понимать и слышать. Полезно это было и для Максима: он больше не выражает свои эмоции через крики и слезы, а старается говорить о них или показывать жестами.

- Не чувствуете давление от той роли, которую заняли?

Поначалу было непривычно, в обществе социальные роли обычно распределяются иначе. Но я могу уверенно сказать – папы должны уделять столько же внимания своим детям, сколько и мамы, а иногда даже больше. Со временем мы поняли, что выбрали самый лучший вариант для себя. Но в этом году я принял на себя еще одну роль – стал председателем родительского комитета. Я впервые занимаюсь чем-то подобным, но это интересно. Мне нравится быть полезным детям. Помимо этого, сейчас у нас начался новый период – адаптация к школе. Максим еще не успел привыкнуть к новой обстановке и людям. Для него это стресс, и он может начать вести себя непредсказуемо. Поэтому я каждый день дежурю около школы в машине, чтобы быть рядом, если что-то пойдет не так. Вообще, это не первый мой подобный опыт. Практикую такое с тех пор, как сын пошел в детский сад.

- Что вам помогает не сдаваться?

Вера в то, что мы со всем справимся и пройдем этот тяжелый путь. Для нас с женой главное не диагноз, а счастливое будущее нашего ребенка. Каким человеком он вырастет, какие качества мы ему привьем – вот что первостепенно. Вести себя не так, как принято в обществе, могут и здоровые дети. Но мы же их не сторонимся из-за этого, а решаем проблемы, помогаем стать счастливыми. С особенными детьми также. Пообщавшись с ними, понимаешь, что порой такие ребята куда добрее и жизнерадостнее. От них исходят тепло и искренние эмоции, которые заставляют поверить в прекрасное будущее.

- Удается ли вам уделять время своим интересам?

Раз в месяц мы с друзьями ездим кататься на квадроциклах. Одного дня мне хватает, чтобы морально отдохнуть и собраться с мыслями. В выходные большую часть обязанностей по дому и уходу за сыном берет на себя супруга, за что благодарен ей. Я позитивный человек и умею радоваться мелочам, мне не требуется много времени на восстановление сил. Я счастлив уже тому, что у меня есть семья, в которой царит взаимопонимание, а большего мне и не надо.