Шостакович Дмитрий Дмитриевич
Годы жизни: 1910г. - 1975г.
композитор
В основе устремлений, симпатий и антипатий, определивших смысл и направленность творчества Шостаковича, лежали не абстрактные идеалы, но живые впечатления Когда наступил 1917 год, одиннадцатилетний подросток был захвачен историческими событиями, совершавшимися в Петрограде-его родном городе. Он видел, как в одной из стычек рабочих с полицией и казаками был убит мальчик; этот эпизод потряс его и запомнился надолго. Первые композиторские опыты-пьесы под названиями "Гимн свободе", "Траурный марш памяти жертв революции", появившиеся в ответ на эти впечатления,- были в некотором смысле пророческими. Революция вывела на историческую арену нового героя - многомиллионную народную массу, охваченную общими чувствами. Этот герой в первые же послереволюционные годы оказался в центре многих произведений молодого советского искусства. Завладел он и воображением Шостаковича. Образы массового действия, человеческого коллектива в различных состояниях и жизненных ситуациях заняли важное место в его музыкально-драматических концепциях.
На редкость одаренный подросток обратил на себя внимание директора Петроградской консерватории А. К. Глазунова и стал студентом. Шостаковичу было тогда 13 лет. Писатель К. Федин сохранил для нас живое воспоминание о его удивительном таланте: "Худенький мальчик за роялем перерождался в очень дерзкого музыканта, с мужским ударом пальцев, с захватывающим движением ритма. Он играл свои сочинения, неожиданные и заставлявшие переживать звук так, как будто это был театр, где все очевидно, до смеха или до слез. Его музыка разговаривала, болтала, иногда весьма озорно".
Склонность к шутке, юмору-иногда саркастическому, причудливому-к "представлению в лицах" шаржированных сценок и персонажей проявилась у Шостаковича раньше всего. Не случайно его первым студенческим сочинением было именно Скерцо-жанр, впоследствии занявший весьма важное место в его музыкальных концепциях. Затем появились "Три фантастических танца" - первые напечатанные сочинения, которые сразу и надолго вошли в репертуар и учебные программы пианистов. Тогда же была написана музыка на тексты двух басен Крылова для голоса с оркестром - "Стрекоза и Муравей" и "Осел и Соловей". Театральный склад музыкального воображения Шостаковича сказался в них особенно явственно. Шутка обернулась карикатурой; сочиняя тупые тирады Осла, композитор явно издевался над горе-критиками, которых ему доводилось и предстояло еще не раз встречать на своем пути. Не зная тогда музыки Прокофьева, Шостакович создал произведение аналогичное прокофьевскому "Гадкому утенку": оба композитора как будто предвидели судьбу своей будущей музыки.
Иные черты проявились в Сюите для двух фортепиано, написанной в 1922 году под впечатлением смерти отца. В музыке возникли драматизм, взволнованность, траурные краски, тревожные нервные ритмы. Мы не ошибемся, если увидим здесь завязь будущих трагедийных образов Шостаковича.
Внушительным итогом консерваторских лет явилась дипломная работа девятнадцатилетнего композитора-Первая симфония, произведение отнюдь не ученическое по своеобразию, силе замысла и мастерству, по завидной будущности, которая была ему уготована. Симфония оказалась едва ли не единственным образцом советской симфонической музыки 20х годов, который успешно выдержал проверку временем и доныне занимает надежное место в концертном репертуаре.
12 мая 1926 года, день ее премьеры в зале Ленинградской филармонии под управлением Н. Малько, стал крупной вехой не только в биографии юного музыканта, но и в истории советской музыки. На следующий день мать композитора писала: "Все прошло блестяще - великолепный оркестр, превосходное исполнение! Но самый большой успех выпал на Митину долю. По окончании симфонии Митю вызывали еще и еще. Когда наш юный композитор, казавшийся совсем мальчиком, появился на эстраде, бурные восторги публики перешли в овацию".
Сочинение композитора-дебютанта быстро приобрело мировую известность. В ближайшее пятилетие оно прозвучало в Берлине под управлением Бруно Вальтера. Стоковский исполнил его в Филадельфии, Тосканини - в НьюЙорке. Мало кто из советских и зарубежных дирижеров в последующие годы обошел его вниманием. Удивительная жизнеспособность Первой симфонии сказалась в том, что она словно бы росла и изменялась вместе с временем. В 20х годах в ней ценили легкость и свободу воображения, обаятельную эксцентричность, светлые "весенние" тона. В 30х стало ясно, что симфония не столь уж безоблачна, что в ней есть и скорбные эпизоды, траурные краски, драматизм. А в 50х о ней уже писали как о сочинении, впервые сформулировавшем героико-трагическую тему всего творчества Шостаковича.
Версия для печати
